Разговор игрушек на ёлке

Это была ее пятидесятая елка, юбилейная. Красивая цифра одновременно и радовала, и беспокоила девочку-циркачку. Соседи по коробке, с которыми она проводила большую часть года до зимних праздников, дружно твердили о том, как почетно украшать елку на протяжении стольких лет. Поздравления начали поступать еще в ноябре, и не прекращались до самого дня установки рождественского дерева.

Но кое-что в окружающей кутерьме смущало игрушку. Во-первых, она вовсе не чувствовала себя на столь солидный возраст. Внешне ей всегда оставалось семь. Хотя костюмчик из белого папье-маше потускнел, а воротничок пообтрепался, лицо сохранило детское непосредственное выражение. И в душе маленькой гимнастки были живы искренняя любознательность и вера в чудеса, оптимизм и энергия совсем юного существа.

Все же одно обстоятельство заставляло циркачку время от времени тяжело вздыхать и ворчать. «Прекрати! Как бабка старая!» - обрывала сама себя в таких случаях игрушка. Но проходила пара дней, и она снова ловила себя на невеселых мыслях.

Дело в том, что на елке давным-давно не появлялись новые жители. Самым молодым игрушкам в коробке было за тридцать. Справедливости ради надо заметить, несколько раз в их компанию попадали новенькие пластиковые шары, однако больше года никто из них не задержался. Их позолота моментально облетала, глянцевый лак трескался, и они исчезали в неизвестном направлении. Как-будто чувствуя себя случайными гостями на чужом празднике, эти пришельцы не стремились заводить знакомства. Висели на ветках холодно и отчужденно.

Не удивительно, что игрушки-долгожители время от времени скучали. Одни и те же лица, одни и те же разговоры, из года в год. Всего-то и изменений, что каждый раз на новой ветке. Например, с ее нынешнего места было видно окно и медленно разгорающиеся фонари на противоположной стороне улицы.

А у гимнастки накопилось столько историй о том, как менялись праздники за те 50 лет, что она принимала в них участие. Но все ее собеседники или сами были тому свидетелями, или слышали об этом миллион раз в тысяче разных пересказов.

-Смотри, что я принесла! Правда, красивые? – в комнату вошли две женщины. Циркачка качнула кольцо и изогнулась всем телом, чтобы разглядеть, о чем они говорят. Девушка, только вчера тщательно развешавшая все украшения, добавляла теперь к ним яркие деревянные фигурки на ниточках.

-Наконец-то снова стали делать украшения с фантазией. От бесконечных шаров всех цветов и размеров только в глазах рябит, и никакого настроения, – говорила она.

Возле циркачки очутился статный мужчина с роскошными усами и в мундире. Гусар!

Ночью, когда люди заснули, гусары стали перекрикиваться друг с другом.

-Эгей, я из окна увижу фейерверки! – восторгался сосед маленькой гимнастки.

-А я буду висеть прямо над подарками, первым узнаю, как их открывают! – хвастался второй.

-Ребят, рядом со мной такая балеринка! – делился впечатлениями третий.

Стеклянная балерина, которой, кстати, в этом году исполнялось 48 лет, смутилась и поспешила перевести разговор на другую тему.

-А вы сами откуда? Что видели? Что происходит в большом мире?

-О, мы из сувенирной лавки! – ответил один.

-Огромной лавки! – уточнил другой.

-Прямо возле Красной площади! – отметил тот, что висел у окна.

-Ах, вы, наверное, любовались главной елкой страны, – мечтательно закатила глаза Снегурочка в сиреневой шубке.

-По правде сказать, – замялись гусары, – мы не знаем, какая она, главная елка.

-Нас сделали месяц назад.

-И весь месяц мы просидели в коробке.

-Нам очень стыдно, но это наш первый Новый год.

-Так это же замечательно! – воскликнула девочка-циркачка. – Вас столько всего удивительного ждет впереди!

Все игрушки наперебой стали рассказывать, как проходит новогоднее торжество в их семье. Как прямо под елкой накрывают шикарный стол, какие песни поет бабушка, как дети разыгрывают фанты, о чем говорит президент в своих речах по телевизору.

Гусары слушали, изумлялись, переспрашивали и едва справлялись с нетерпением, так им поскорее хотелось увидеть все своими глазами. А старые игрушки заметили, что мало-помалу заражаются приятным предвкушением новичков. Девочка-циркачка решила, что ее пятидесятая елка будет такая же чудесная, как и первая.

***

Отгремели новогодние гулянья. Еще чуть-чуть и придет пора убирать елку и возвращаться к повседневным заботам. Игрушки на ветках сонно покачивались, даже гусары угомонились, переваривая впечатления от своих первых зимних праздников.

Девочка-циркачка, разморённая лучами зимнего солнца, пробивавшимися сквозь занавеску, дремала. На детском личике играла улыбка, ей снилась ее первая елка.

Освободившись от бумажного свертка, в который ее упаковали в «Детском мире», она увидела над собой два заинтересованных лица. Мужчина в запотевших очках с толстыми стеклами, наверное, только что с мороза, и женщина со смешной прической. Ее светлые волосы были распределены на пряди и накручены на жгутики из ткани.

-Я как увидел этого клоуна, сразу понял – его сделали специально для нашей Ольки, – рассказывал мужчина. Циркачка скосила глаза. Рядом с ней лежал золотисто-зеленый клоун на металлической прищепке.

-А потом мне продавщица и говорит: «Не хотите еще гимнастку взять в комплект? Вчера привезли, совсем новая модель». «Тогда уж давайте полностью цирк укомплектуем», – отвечаю я. – «Дрессированные животные у вас есть?» Ну и вот, – мужчина достал из кармана лохматого шерстяного кота с бандитским выражением морды.

-Как же мы его на елку повесим? – удивилась женщина. – Он же не елочный.

-Да мы его под елку посадим, – решил мужчина. – Были у них стеклянные зайцы и медведи, только всех разобрали. Поздно я пришел. А совсем без зверей – какой цирк?

Так маленькая гимнастка познакомилась с родителями девочки Оли. А с самой Олей они встретились, когда вся семья принялась наряжать елку. Девочка была в восторге от новых игрушек. Месяц назад ее впервые сводили на представление в цирк, и с тех пор каждый день у Оли появлялась новая мечта. То она говорила: «Я стану воздушной гимнасткой!», потом меняла решение: «Нет, лучше – укротительницей тигров», а недавно заявила: «Я буду кататься на лошади по кругу и делать всякие трюки».

Циркачку из папье-маше она разместила рядом с деревянной лошадкой.

-Я знаю, что ты – гимнастка, но это не мешает тебе научиться быть хорошей наездницей, – шепнула она игрушке.

В ту же ночь маленькая циркачка познакомилась со своей соседкой. На боку у лошади, обладательницы изящно очерченной линии шеи, искусно вырезанных завитков на гриве и больших грустных глаз, кто-то красной краской намалевал пятиконечную звезду. Лошадь оказалась чудесной собеседницей, быстро ввела новенькую во все дела, творящиеся среди елочных игрушек, а однажды у них состоялся разговор, запомнившийся гимнастке на всю жизнь.

-Теперь, конечно, не то, что раньше, но я все-равно радуюсь каждому декабрю, когда приходят праздники, – поделилась лошадь.

-А как было раньше? – заинтересовалась циркачка.

-Я помню, в моей молодости елку ставили в огромном светлом зале, и она доставала макушкой до потолка. Детей к украшению дерева не допускали…

-Как же так? Это самое интересное… – перебила молодая игрушка.

-Рождество для детей тогда означало чудо и волшебство. Представляешь, перед ними распахиваются двери в комнату, где еще вчера ничего особенного не было, и они видят всю сияющую огнями ель…

Циркачка восхищенно ахнула.

-А как она сияла? И правда – волшебство?

-Ну что ты, – улыбнулась лошадь. – Сияли свечи, установленные на каждой веточке. Из-за них-то я и получила этот ужасный ожог.

-Какой ожог?

-Вот здесь, под нарисованной звездой, на мне остался след последнего старого Рождества.

-Последнего? – ужаснулась девочка.

-Да. Сначала все шло как обычно, хорошо и радостно, но потом кто-то из детей перевернул свечку. Елка вспыхнула вместе со всеми украшениями.

Гимнастка зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть.

-Не бойся. На такой случай в комнате всегда находилось ведро с водой. Нас спасли. И только вечером служанка, убирая в праздничной зале, все приговаривала: «Ох, нехорошо это. Плохая примета». Знаешь, она была права.

Лошадь грустно покачала головой.

-Долгие 15 лет после того памятного дня елок не устраивали. Я пылилась на каком-то чердаке, как там очутилась, сама не знаю. Мои друзья пропали. Исчезли и фарфоровые ангелочки, и золоченые орехи. Я не слышала больше музыки, смеха. Я совсем отчаялась, когда меня вдруг нашли, отмыли и отреставрировали добрые руки человека. Теперь, деточка, празднуют Новый год, а не Рождество. Но я считаю, как праздник не назови, он несет людям только хорошее. Я рада вновь быть на елке, – завершила свой рассказ лошадь.

Девочка-гимнастка проснулась оттого, что за окном зажегся ослепительный электрический фонарь. Ей снова было 50, а на соседней ветке висел гусар и беззаботно насвистывал: «Маленькой елочке холодно зимой».

-Хочешь, я расскажу тебе еще одну историю? – спросила циркачка.

-Конечно, – тут же откликнулся сосед. – Она о временах твоей молодости?

-Нет, о временах, гораздо более давних, – ответила игрушка.